Как было на кораблях.

Вообще-то я сейчас в Новой Зеландии. Четвертый день как. И логично бы было написать про свои первые впечатления. Но! Почему-то именно здесь и сейчас вспомнилось вот что:

На корабле я каждый день видела русских туристов. Но там не принято звать их туристами. Лучше гостями. Турист звучит как-то вульгарно, неприлично. Гость – лучше. Турист, кто его знает, может насовсем остаться, а гость - побудет и домой.

Каждый день мне хотелось применить к гостям небесную кару, ко всем индивидуальную, потому что они все разные. 

Вот, например, так было:

- Оленька, а вы не знаете, какие у корабля моторы?

Я говорю,

- Дизельно – электрические (так мне сказал инженер)

- А сколько их?

- Шесть

- И что, все работают?

- Трех, как правило, хватает.

Седовласый господин смотрит на меня с прищуром и протягивает: - Как интересно…только я в это не верю! А теперь можно Вам вопрос на отвлеченную тему задать?

- ?

- Где можно купить светодиодную лампочку и патроны? Понимаете, лампочки у нас очень дорогие, а патроны я найти не могу в России….

И он начинает длинно объяснять мне историю своего оружия. Я не слушаю и смотрю на него внимательно, кивая головой. Стараюсь кивать не слишком часто, чтобы не возникло подозрений. Потом говорю, что про лампочку нужно уточнить, а патроны советую поискать через Интернет, потому что с патронами на борт нельзя.

- А если я в ботинок спрячу?

Я задумываюсь и представляю патроны в ботинке.

- Нет,- говорю,- они же железные, запищат, когда через охрану будете проходить…

- Ну ладно,- разочарованно вздыхает он. И начинает рассказывать про то, как он не умеет пользоваться интернетом. Я готова сама поискать эти патроны, записать все приметы оружия в свою тетрадку, чтобы не ошибиться с калибром. А он все говорит и говорит… В это время звонит телефон, трубку брать неудобно, но я беру и извиняюсь. Да, именно в таком порядке.

Ресепшн:

- Ольга, мы тут не понимаем по телефону одного гостя, можно соединим?

Седовласый господин не уходит, а щурится и смотрит на меня с интересом.

Я говорю, чтобы конечно соединяли.

Мой голос бодр и весел:

- Алло!

- Ольга, ну что это такое?! Сколько мы еще без туалета будем сидеть? Нам куда нужду-то справлять?

«Что за...?!» - думаю я, но все тем же бодрым голосом с долей удивления и беспокойства за туалет, спрашиваю:

- А что у вас конкретно случилось?

И слушаю, слушаю….Сама прикрываю один глаз и смотрю на седовласого господина. Мы так и стоим с прищуром друг на друга и думаем об одном и том же: где же взять патроны?!

Вопрос с туалетом улажен, я кладу трубку. Телефон звонит снова, кто-то хочет определенных таблеток. У нас на борту таких таблеток нет. Объясняю, но гости не понимают. Потому что они все разные.

Вагон шестой.

 Когда день и солнце, в поезде хорошо и тепло, вагон абсолютно новый. Видно, как много пыли, потому что все трясут своими пожитками и ходят туда-сюда с кружками, пивом, дошираками, штанами, халатами, сигаретами... Это плацкартный вагон и у меня нижняя боковая полка. Кажется, что я лежу в больничном коридоре около стены, потому что в палатах нет мест, слишком много больных. Я даже не лежу, а полулежу с каменным лицом, выражение которого в полной мере отражает мое настроение: "Не влезай, убъёт!". За годы километров в поездах я пришла к выводу, что лучше так.
 Напротив меня две женщины с полок снизу помогают пожилой паре с полок сверху выяснить, где же их постельное белье. Было, а теперь нет. И вот они смотрят во всех местах, ахают, охают, не находят. И тут одна из двух снизу высказывает предположение, что белье могла взять девушка напротив, то есть я!  Смотрю на нее до тех пор, пока она не замечает мой взгляд. Замечает и замолкает. В следующее мгновение Андрюша (муж жены из пожилой пары сверху) восклицает: "Вот оно!".
 "Спокойной ночи!" - говорю я своим милым соседям и засыпаю. Время около трех дня.
Потом я просыпалась, засыпала, слушала чужие разговоры. Люди вокруг говорили о сыне в армии, об артистах, политиках, о голодании...Вот тут я прислушалась повнимательнее, вещал Андрюша. Он рассказал о тридцатидневном голодании. Как он 15 дней не ел, но пил воду, а следующие 15 дне не ел и не пил. И две дамочки снизу снова охали и ахали. Осведомленный мужчина успокаивал их, говоря о том, что голодание не вредно, а полезно, потому что организм начинает поедать всякие вредности внутри. И даже заболеть в это время нельзя, т.к. организм съест все, даже болезнетворные бактерии, он же голодный! И дальше всю дорогу я слышала: Андрюша то, Андрюша сё.
 Но вообще-то мне эта парочка понравилась. Они интеллигентные и не подозревали меня в краже постельного белья. 
 А потом мы все приехали. Вышли из шестого вагона и отправились по своим делам: я в одну сторону, Андрюша с женой - в другую.

 Мне очень повезло, потому что я летела в Россию на красивом зеленом самолете в полном окружении своих соотечественников. Соотечественники летели с отдыха, я - с работы.
 Зеленый - цвет надежды, поэтому я расслабилась еще до того, как попала внутрь. И тут мне снова повезло - место у окна, рядом с аварийным выходом, поэтому можно вытянуть ноги и немного подремать. В полном предвкушении подрема я начала смотреть по сторонам и никак не могла упустить из вида стюардессу, которая подошла к кому-то через проход. Подошла и начала заклеивать потолок над человеком наклейками, которые лепят на багаж при регистрации. Стюардесса выражала спокойствие и сказала, чтобы человек не переживал так сильно и что это всего лишь отсек, где хранятся кислородные маски. Перед тем, как уйти, милая девушка предупредила, что если вдруг маска все-таки вывалится, не дергайте за нее! Человек покорно покивал, а я замерла с вытаращенными глазами еще на несколько минут.
 Потом случилось так, что мне срочно понадобилось в туалет. Ну вы знаете, бывает так, что очень надо в очень неподходящий момент. Именно так и произошло. Зона турбулентности, а я стою и прошу юного стюарда открыть туалет. И мне как-то стыдно упрашивать, но и выхода другого я не вижу. А он монотонно, без вхождения в мое положение, повторяет, что мол нельзя, пока зона турбулентности, что надо терпеть и что мол идите барышня на свое место. Я объяснила ему с предельной долей вежливости, но доступно, что видите-ли надо мне. И обещала там, внутри держаться за поручень. Открывая дверь добрый юноша одарил меня таким взглядом, что на долю секунды мне показалось, что до туалета я все-таки не дойду. Когда же я попала в желанное помещение, то почувствовала себя завоевателем маленькой страны.
 Потом я еще очень долго ехала на поезде и там мотало во все стороны так, что юный стюард со своей турбулентностью просто сошел бы с ума.
 Это я все к тому, что чтобы попасть в Россию, необязательно туда лететь, достаточно просто зайти в красивый зеленый самолет.

Как это, Матэо?

  В две тысячи каком-то шел бразильский сериал по ОРТ "Земля любви". Чем он закончился - не знаю и как начинался - не помню. Что я помню, так это то, что одного из главных героев звали Матэо, он частенько ел мамалыгу и работал в поле. Его жена была не очень понятливой, поэтому ей все время приходилось переспрашивать, ну примерно вот так:

- Дорогая, я не голоден сегодня.
- Как это, Матэо?
- Я что-то не очень хочу кушать мамалыгу, не знаю почему.
- Но Матэо, я не понимаю, как это?!
 - Понимаешь, дело в том, что мамалыга была вчера и будет завтра, а сегодня я просто её не буду.
- То есть ты хочешь сказать, Матэо, что ты не будешь ужинать?

Нам с друзьями было оооочень смешно от этих переспрашиваний, и терпеливого Матэо мы вспоминаем до сих пор. По-моему это последний бразильский сериал на моей памяти.

 Дни сегодняшние.

  Я готовлюсь к интервью по скайпу. Запланировано на 16:30. В 16:00 я сижу напротив ноутбука в белой блузке, черных брюках, с коротко остриженными и нежно покрашенными ногтями. И, несмотря на внутреннее беспокойство, я ощущаю свое превосходство из-за домашних тапочек на ногах.

  16:30 - готовность №1.
  17:00 - тишина.
  17:15 - напряжение нарастает.
  17:30 - пишу сообщение Евгении (это мой агент).
  17:40 - Евгения пишет, чтоб я не волновалась, что все будет хорошо, и что прошло только 4 человека.

  - А сколько же нас всего???
  - 9.
  - Я последняя?
  - Да, но вы не волнуйтесь, запомнитесь зато...

Сижу и пытаюсь не волноваться. Выношу в чате мозг Жести (она же Аня):  а как там будет вот это? А если про это спросят? А тебя спрашивали вот про это? Ааааа, я не знаю, как отвечать вот на это!!! А для ремонта вы все купили?

  Так проходит еще некоторое время. И вот в 19 с чем-то наконец-то звонят!
 На экране возникает симпатичная итальянка в годах с каким-то сложным именем. А у нее на экране ничего не возникает. 100 раз камеру проверила! Все работало! Перезваниваем друг другу, опять, ещё раз, напряжение, камера заработала! Уфф!
  Как это водится, мне не задали ни одного вопроса из того, что я готовила. Но я отвечала уверенно, наверное из-за тапочек. Мы беседуем недолго, потому что милая дама кажется устала за 3 часа и сворачивает наш разговор по-быстрому. Говорит в конце, что результаты завтра. Ок? Ок!

  Через полчаса сообщение от одного из агентов:
 - Олга, по-моему мне надо вас поздравить!
 - ?
 - МАТЭО был вами очень доволен!
 - Кто такой Матэо?
 - Парень, который проводил собеседование.
 - ...ммм...Это была женщина.
 - И Матэо тоже был, просто вы его не видели.
 - ..........т.е что, я прошла?
 - Матэо сказал, что да! Но официально вам сообщат об этом только завтра.

 Завтра мне сообщили все официально. Ну уже днем раньше я была уверена, что "да", сам Матэо же сказал, какие могут быть сомненья.

из разговора с подругой в чате:

- Это так хорошо, что ты где-то там сидишь сейчас и понимаешь меня!
- Нет!!!
- Что нет?
- Я лежу и понимаю!

  Я пришла домой, а там мама, по скайпу звонит и рассказывает, рассказывает. А потом говорит, что ну всё, доченька, ты устала (и правда устала), иди отдыхай, а то завтра опять на работу. А я говорю что-то вроде угу и учу маму вешать трубку. Где-то на полуслове я замираю с полуоткрытым ртом в камере, потому что у мамы получилось. Закрываю скайп с мыслью о том, что сейчас вот встану и пойду в душ, а потом сразу, немедленно спааать. Сама в это время великих раздумий открываю свой блог и начинаю писать. Логики нет и не надо.
  Пока я ехала в метро мне подумалось много чего, но основные мысли были о том, что: 1) когда выходишь из вагона, а по ту сторону него стоит толпа прямо напротив дверей и вплотную, то хочется взять тяжелую палку, ровненькую такую и не очень широкую, так чтобы в руках было удобно держать, и махать ею в разные стороны, потому что иначе никак.
   Несколько лет назад все было по-другому, так, что даже представить трудно было, что будет как-то иначе. И вот тут: 2) мы с Ленкой ходили к Димке по вечерам в любое время года, чтобы посмеяться над очередным бразильским сериалом, поизображать героев, пофотографироваться с пылесосом, сидя в тазу, позвонить на радио чтобы срочно проголосовать за песню Гостей Из Будущего и, наконец, поесть бутербродов из духовки, которые нам делала Димкина мама, тётя Алла, которая все время запрещала нам называть её тётей, а оставлять только Алла (тётя Алла, вам привет и спасибо:)). Бутерброды были с колбасой, а сверху сыр, мммм, они такие тёпленькие, а сыр так тянулся и чай, обязательно чай. Это было так давно, что даже не верится, что было.
  Между метро туда, и метро обратно, я работала. И вот встала я у окна (люблю так делать, когда туристы надоедают), смотрю на людей ( но не говорю с ними, что крайне важно!) и слушаю живую гитару с улицы. Музыка такая, что прямо в сердце, и я принялась задумчиво тосковать под неё. Тоскую себе и вижу пару. Молодые. Он и Она. У неё юбка и волосы длинные волнами. Он сумку её несет. Улыбаются. Идут они рядом, но не за руку, а просто рядом. Потому что она на костылях. Потому что у неё нет правой ноги. Совсем. 3) Отсюда вывод: все относительно, не стоит плакать и винить в чем либо несправедливость жизни, погоду и правительство, надо просто брать и делать.
   

Корабли постоят и ложатся на курс...

  "Ты была на кораблях? На каких? В смысле, на кораблях? И жила прямо там?...Как интересно..."
  Странно, в какой-то момент то, что представлялось раньше чем-то запредельным, превратилось просто в прошлое. Ощущения поблёкли, но я никогда не забуду как это начиналось...
  Сам факт, что я оказалась на Аляске, никак не хотел укладываться в голове и, под воздействием сильнейшего эмоционального потрясения, в тот момент я не могла осознать всё происходящее должным образом. Только по прошествии нескольких месяцев, когда жизнь на лайнере начала превращаться в рутинную усталость, пришло понимание того, где я и что со мной происходит.
  Вот так я увидела свой первый корабль, на трап которого гордо поднялась позже (не вполне представляя, что ждёт меня впереди).

  Эта фотография была сделана из окна автобуса, в котором мы ехали от отеля до корабля. Глядя во все глаза вокруг и тыча пальцем в окно, мы с польским мальчиком санкт-петербургжского происхождения (которого, к своей великой радости, я встретила в гостинице) не уставали удивляться и делиться впечатлениями на русском языке. По английски я не говорила и не понимала, поэтому после нескольких дней стресса в дороге (связанным в т.ч. с незнанием языка) было настоящей находкой то, что можно просто выговориться. А бывалые мореплаватели смотрели на нас немножко снисходительно с какой-то полуулыбкой.
  Вот мы подъехали ближе.   
 

 
  Нас разместили в каюты по двое, раздали униформу и начался тренинг с весёлым рыжеволосым Брендоном. На тренинге я понимала процентов 5 из сказанного, поэтому старалась уловить как можно больше информации. Через неделю нашу группу (из 8 человек) распределили по разным кораблям. Кто-то остался там, где мы все были изначально, а кто-то (я в т.ч.) дождался в Ванкувере нужного корабля  и продолжил свой контракт.
  Вот мы, счастливые, впечатлительные молодые люди из разных уголков мира.

  
 Было много радостей и трудностей, связанных с работой. Наверное когда-нибудь я посвящу им пост. А пока остановлюсь на первых воспоминаниях, они поистине бесценны.